Каменный остров: Жизнь на Соловках не похожа на вечный праздник.

С 29 мая по 1 июня 2003 года на Соловецких островах проходил международный симпозиум «Соловки: взгляд в будущее». Он был организован Международным благотворительным фондом имени Д.С. Лихачева и Соловецким государственным историко-архитектурным и природным музеем-заповедником. В ходе симпозиума был очерчен широкий круг проблем, касающихся Соловецких островов - территории, где сходятся интересы церкви, государства и местного сообщества. Участники симпозиума в этой ситуации считают необходимым найти решение, которое позволит урегулировать отношения между заинтересованными сторонами. Это утвержденное на государственном уровне согласование позиций музея и монастыря. Спорные вопросы -эксплуатация монастырских помещений и распределение средств, выделяемых на их реставрацию. Необходимо создать специальный орган, который следил бы за охраной памятников - как культурных, так и природных, придать поселку Соловецкий статус исторического поселения. Важная задача - принять проект зон охраны Соловецкого архипелага, который позволит сохранить наследие Соловков для России.

Этап на Север

Поезд Москва-Мурманск с синим арктическим мишкой, припечатавшим когтистой лапой номера вагонов. Неопределенного возраста дама, торгующая пирожками с творогом, рыбой и черникой, вздыхает, глядя на протянутую купюру: «Увы, мадонна, сдачи нет». Ехать сутки без пирогов скучно, остается только глядеть в окошко: болота с чахлыми деревцами, вспучившиеся из-под земли гигантские гранитные валуны, покрытые рыжим лишайником, порой в просвете мелькают неприветливые серые озера.

Станция Кемь. Та самая Kemska Volost, и она же - Кемский пересыльный пункт, откуда отправляли заключенных в лагеря. Полудеревенька-полугород Кемь производит странное впечатление, основной цвет ее - грязно-голубой - разбавлен то пронзительно-розовыми стенами местного универмага, то оранжевыми пятнами старых «запорожцев». Маленький тряский автобус везет нас по дороге, вдоль которой тянутся рыхлые холмы - это щепки от лесозаготовок. Под плакатом «Честь и слава труду лесопилыцика» мальчишки гоняют в футбол на поле, покрытом все той же щепой. И вот уже суденышко под названием «Печак» переваливается на холодных волнах Белого моря. А за горизонтом встают Кузова - каменные глыбы, поднявшиеся со дна в незапамятные времена.

«Скромный», «Стремный», «Безупречный»

На Святом озере, что прямо у монастырской стены, с тихой радостью вижу суденышко под названием «Стремный». У него есть брат-близнец - «Скромный». Это в характере здешних мест - странные названия, странные люди. Есть тут, например, посудина с пробоиной в днище, залитой цементом, - «Безупречный», а умерший несколько лет назад историк, философ и писатель Сергей Морозов, один из главных исследователей Соловков, выходил в море на боте «Сомнение».

Всего в поселке живут около восьмисот человек, из них несколько десятков - приезжие интеллигенты, по доброй воле променявшие шум столичных городов на здешнюю тишину. Эколог рассказывает мне про уникальную систему каналов, опутавшую остров, - в шестнадцатом веке с их помощью сплавляли лес и расселяли по озерам рыбную молодь, а позднее с их помощью подавалась вода на турбину ныне бездействующей гидроэлектростанции. В самом начале двадцатого века по праздникам, говорят, монастырь светился, как елка.

Представитель единственного местного СМИ - «Радио Соловки» - занимался некогда московским музеем Высоцкого. И уже 12 лет обитает в доме с видом на монастырь. На двери рабочего кабинета у него прибита табличка с одним словом: «Терпение». Его жена, директор музыкальной школы, проклинает прогресс, портящий соловецких детей компьютерными играми. Сами дети - вежливые и бледные от нехватки солнечного света; не хочется даже думать, о чем говорят тщательно проработанные решетки на сделанных ими рисунках монастыря.

Промзона с куризбой

До Таллина далеко. 1080 километров. До Москвы - 1250. Ближе всего до Кеми - 55, дальше всего - до Владивостока, 7950. И всего 160 километров до Полярного круга. Поэтому на Соловках холодно, с моря дует пронизывающий ветер, солнце еле просвечивает мутным пятном сквозь затянутое облаками небо. Замерзшие москвичи, выдыхая облачка белого пара изо рта, отшучиваются: чай, не май месяц. Начало июня.

По пути к Промзоне - гигантской свалке - мне не встретилось ни единого человека. Чисто символические заборы украшены либо рыбацкими сетями, либо плетями колючей проволоки, то тут, то там виднеются сгнившие остовы моторок, и всюду аккуратно сложенные поленницы. Порой попадаются дома, врытые в землю по крышу, - так теплей, и даже входы в конурки необыкновенно мохнатых и дружелюбных местных собак прикрыты занавесочками.

Промзона - место жуткое. Всюду ржавый металл, ветер раскачивает дверцы брошенных кабин от грузовиков, воет среди куч окаменелого цемента, над всем этим кружатся чайки. На почерневшем от времени дощатом ангаре, где в лагерное время держали гидросамолет для отлова бежавших заключенных, - красные буквы «АртАнгар». Это Центр современного искусства на Соловках. Год назад центр провел акцию «ЗООпарк», с помощью московских и соловецких детей превратил часть валяющегося здесь мусора в странные и веселые скульптуры, от которых сейчас остался лишь глядящий на море пингвин и покосившийся слон в два человеческих роста. Атмосфера «Кин-Дза-Дза» пополам со «Сталкером». Кинематографические ассоциации продолжают лезть в голову, когда с хозяевами АртАнгара подходим к их обычному с виду старому деревянному дому. В траве мокрые перышки. На вопрос об их происхождении отвечают, что, мол, это остатки подушек. Мальчишки забрались, курили, был пожар, хорошо зима шла, все отсырело, а то бы конец и памятнику и дому. Какому памятнику? - изумляюсь я. А как же, памятник архитектуры, изба работников мылокурни, девятнадцатый век. «Изба на курногах» - подсказывает услужливая память.

Лестница в небо

Да что изба! По пятницам и субботам местная молодежь ходит на дискотеку в кафе, которое располагается в бывшем лагерном бараке. В таком же бывшем бараке - местное райпо, а хлеб соловчане выпекают в подклетях монастыря, ныне находящегося в ведении Соловецкого музея-заповедника. Братия возрожденного в 1990 году монастыря занимает лишь несколько помещений. Табачный дым, пивной угар и отборный мат, звучащий на дискотеке, сосуществуют с тихой поступью паломников, приезжающих на Соловки поклониться мощам Зосимы, Савватия и Германа.

Туристы ходят смотреть на древние святилища, которым несколько тысяч лет, - выложенные из валунов лабиринты. Они символизируют путь души из мира живых в царство мертвых. Потом туристов везут в храм Вознесения на Секирной горе, удивительный тем, что он проектировался одновременно и как маяк, и страшный оттого, что именно в этом храме был самый жуткий штрафной изолятор СЛОНа. Ведущая к подножию горы уступчатая лестница, поднявшись по которой, как считалось, человек снимает с себя 294 греха, стала орудием изощренной пытки - заключенного привязывали к бревну и сбрасывали вниз. Туда, где нынче стоит памятный крест, долетали только кости. Старую лестницу недавно заменили на новодельную, яркая, желтая, добротная, она кричащим диссонансом смотрится на фоне древнего храма...

Между храмом и музеем

До революции Соловки были воплощенной идеей государства в государстве. За монастырскими стенами - не только храмы, но и полный комплекс хозяйственных служб, где 450 монахов и до тысячи трудников сообща создавали модель рая на земле. Времена изменились. Появился музей-заповедник, лесхоз, поселок - светское население. Монахов нынче лишь сорок человек, прихожан - около 150.

На службе мужчины и женщины сами собой встают по разные стороны от входа - живая память о том, что когда-то паломницам не позволялось останавливаться на Большом Соловецком острове, для них была устроена гостиница на Большом Заяцком. В корпусе, где размещается администрация музея, - евроремонт, компьютеры, информационные стенды. Там, где живет братия, - неизменная поленница под лестницей, вдоль стен неизвестно каким чудом посреди холода цветут тюльпаны.

Правовые отношения между государством и церковью - до сих пор одна из самых болезненных тем в нашей стране. Споры о том, как сложится дальнейшая судьба Соловков и монастыря, не утихают по сей день. Юридически это памятник культуры, федеральная собственность. Соловецкий музей-заповедник, финансируемый Министерством культуры, ведет реставрационные работы. Часть помещений переданы Церкви в бессрочное и безвозмездное пользование, так же как, например, и скит на Анзерском острове.

Вот что рассказывает о непростой ситуации, сложившейся на Соловках, Михаил Васильевич Лопаткин, директор Соловецкого государственного историко-архитектурного и природного музея-заповедника:

- Музей сегодня реализует государственную политику по отношению к Соловкам - благоустраивает дорогу к храму. Я понимаю позицию РПЦ, но сейчас уже не те времена, что десять-пятнадцать лет назад, - это процесс, а не принятие одномоментных решений ради политических амбиций.

Сейчас нужно утвердить единый режим охраны природного и культурного наследия на всей территории Соловецких островов. Это не ущемляет ничьих интересов, не меняет ничьей позиции. Что музей, что монастырь, что местная власть, что лесхоз - все будут исполнять режим, утвержденный законодательно, но сегодня пока его нет.

Не вполне согласен с директором архимандрит Иосиф (Братищев), наместник Спасо-Преображенского Соловецкого ставропигиального мужского монастыря:

- Мы должны прежде всего думать о возрождении полноценной жизни монастырей. Значительная часть людей едет сюда все-таки для того, чтобы прикоснуться к православной святыне. На протяжении 35 лет музей пытается ее восстановить, но пока безуспешно - какие бы средства сюда ни вкладывали.

Сейчас Церкви передана очень небольшая часть памятников, и стоит задуматься о возврате нам тех зданий, которые необходимы для полноценной жизни монастыря - трапезной, например, поваренного и просфорного корпуса. Святейший Патриарх, приезжая сюда, вынужден останавливаться где-то за пределами монастыря, в гостинице, - но ведь есть настоятельский корпус.

Сейчас монастырь оказался в стороне от распределения средств, выделенных на реставрацию. Нам нужно восстанавливать Троицкий собор, а музей восстанавливает баню под Секирной горой. Реальным выходом из сложившейся ситуации стало бы создание специальной комиссии из представителей РПЦ и Министерства культуры, которые будут решать эти вопросы сообща.

***

Соловки. Место духовного подвига - знаменитый монастырь, вместе с тем памятник человеческой жестокости - Соловецкие лагеря особого назначения. Здесь, на Соловках, Петр I положил начало русскому флоту, и, по легенде, здесь же были освящены первые Андреевские флаги, которые, по петровскому уставу, нельзя было ни сдавать, ни опускать перед противником.

Галина Окулова

«Независимая газета», 10 июня 2003 г.

Версия для печати