Альманах «Соловецкое море». № 5. 2006 г.

Архип Елагов

След зари

* * *
Невозможно все сделать.
Никуда не успеть.
Непослушному телу
Не сплясать и не спеть.
Ни за кем не уехать,
В никуда не отбыть.
Помираю со смеху,
Чтобы волком не выть.

* * *
Ночь выткана из ниток паутины,
Соломинок, травы вокруг дороги,
Если ее увидеть с высоты
Глазами птиц, но чайки-недотроги
Белеют, словно смятые листы,
На штилевой поверхности стола —
Вдоль берега, у краешка села.
Встречаются случайно руки, взоры,
Сплетаются в сюжеты и узоры,
Дрожит закат остывшего костра,
Чернеет контур церкви без креста.
Немая суть явлений лишена
Речей и снов. Нисходит тишина
На северные наши палестины.
Ночь выткана из ниток паутины.

* * *
Отныне в природе засилье дождей, кутерьма,
И спрятаться негде от мокрой ненастной погоды.
Принц Гамлет заметил однажды, что Дания — это тюрьма,
Что, впрочем, неверно, — свободой болеют народы.
Под властью идей, непроверенных истин, страстей,
В темнице желаний без стен, без конца и начала.
Не надо толкаться! Каких еще ждать новостей?
Харона не будет. Что толку стоять у причала?

* * *
Смутно все. Холодная равнина.
Серый лес. Широкая река.
Раззудись плечо! Гуляй, рванина!
Размахнись могучая рука!
Что здесь делать недругам? — От века
Тишина на севере, покой.
— Берегись лихого человека!
— Некого бояться. Сам такой.
Из глубин земных, морских, небесных
В памяти всплывают Соловки
Обещаний знамений чудесных:
Храмы, стены, камни, островки,
Прошлого, грядущего руины,
Бывшие и новые века.
Смутно все. Холодная равнина.
Серый лес. Широкая река.

* * *
Где блуждающий свет фонарей?
След зари на просторах морей
И соленые капли воды
Из твоей неземной глубины?
Посмотри! Сколько лет — сколько зим
Мы по хляби небесной скользим,
По забытым пророческим снам, —
Как легко не увидеться нам!

* * *
Я старался, что было сил,
Жил не будущим — настоящим.
Не сыграл (а ведь мог бы!) в ящик
И о помощи не просил.
Просыпаюсь в глухой ночи,
Слышу — ветер натужно дышит,
Тротуар огоньками вышит,

Бродят тени, незнамо чьи.
Сколько лет мне? — Почти полста.
Двадцать пять из них — вечно пьяный,
Блудный, грешный и окаянный,
Без молитвы и без поста.
Отрекаясь от зла и лжи,
Не спасения прошу — прощения
Через трудности и лишенья
Во все веки, покуда жив.

* * *
В начале было слово. Немота
Мне подсказала музыку ответа
На все вопросы в юные лета.
Пора привыкнуть к наступлению лета!
Смотрю в себя и вижу старый сад,
Неяркий свет, блуждающие тени,
Медлительный тяжелый снегопад
И облаков высокие ступени.

* * *
Мне есть, о чем вспомнить
В объятиях осеннего леса,
Но не о чем больше
Печалиться, плакать, тужить,
В трех соснах кружить.
Простынею и мраком белесым —
Снег ляжет. О, Боже,
Как все-таки хочется жить!

* * *
Когда «Христос воскресе!» закричат
Под утро в храме. Звоном, куличами,
Застольными степенными речами
Благовествуя, хочется начать
Все заново. Судьбу переиначить.
Здоровья хватит. Силы еще есть.
Я верую, живу, а это значит
И до меня дошла благая весть.

Елагов Архип Северинович

Родился в 1957 г. в с. Унежма Архангельской области. Культурный антрополог, кандидат философских наук, доцент. Работал машинистом пневмоколесного крана, воспитателем в детском саду, матросом на морском судне, пожарным в цирке, актером в драмтеатре, экскурсоводом в музее изобразительных искусств. 12 лет прожил на Соловках. В настоящее время преподает в университете г. Хаммерфест (Норвегия), а также является учеником скульптора.

Версия для печати